Сколько народов – столько и языков. Меняются времена, меняются люди, но память народная остаётся в языке, фольклоре, давних отголосках ушедших веков. Когда-то «Колобок» был не детской сказкой, а философской космогонической притчей о сотворении мира. И с изменением людей меняются и их языки – где-то усложняясь, где-то упрощаясь. А иногда, часто благодаря миграциям, появляются и новые языки, и диалекты, как, например, появилась наша «балачка», или «балакачка». И пусть кто-то скажет, что это не язык, а так, как говорят, «суржик», то есть разноязычное ассорти, мешанина слов из разных диалектов. Мы не будем оскорблены. Мы продолжим балакать, ибо душа кубанцев отражается в их языке – ярком, цветистом, метком и очень образном. Разные языки, трансформируясь и переплетясь, стали нашей балачкой, и мы просим вас, не забывайте, и балакайтэ, людонькы! А мы будэмо вас слухать и пиддэржувать!
Читаем на балачке
Насколько крепки вера и традиции казаков, настолько прочно вошла в их жизнь и балачка.
На местном диалекте станичники приветствуют друг друга, делятся новостями, обсуждают проблемы общаются за праздничным столом. «Балачка» является живой связью с давно ушедшими поколениями.
Если при разговоре сельских жителей Кубани можно услышать местечковую речь, то текстовых произведений на балачке, кроме песен, пословиц и небольших стихосложений, наберётся не так много. Уникальную этнографическую ценность местечкового диалекта используют всего с десяток кубанских прозаиков. И в большинстве своём они ведут повествование на литературном русском, а вот герои их говорят на сочном кубанском наречии. Пример такого сегодня и предлагаем вашему вниманию.
Як була б я молодою…
Завтра прыйдэ знова лютень:
Мэрзнутъ рукы, витыр лютый.
Мисяц свитэ, наче сонце
Свитэ, свитэ у виконцэ.
Мисяц свитэ, та й нэ грие —
Замкнуть очи мини мрии:
Як була я молодою,
Пийшла в ричку за водою.
В ричку впало там видэрцэ,
Та й прыпав козак до серця.
Я йому свое кохання —
Вин мэни: «А що маманя?»
Я про волю йому слово,
А вин: «Е у нас корова».
Я опять: «Царыцэй стану»,
А вин: «Сино будэм ставыть».
Я йому: «Спивать умию»,
А вин: «Жито будэм виятъ».
Я: «Дытыну кохать буду».
«Йисты зварышь — я не гудю».
Я сказала: «Як зумию»,
Вин крычить: «Нэ розумию!»
Мисяц свитэ у виконца,
Завтра снова будэ сонце.
Сонце свитэ, та й нэ грие,
Лытять птицей мои мрии:
Як була б я молодою —
Зное пишла б я за водою.
Я б видэрце упустила,
Та й другого б полюбила…
Зоя Сизова
«БАЛАЧКИНЫ» ПРИМЕТЫ
Пчихнэшь в поныдилок — до подарка, у ныдилю — будуть госты
Шия чешиться або кончик носа — до гулянкы
У кого вуха горять — про того балакають
Хто йисть з ножа — той сэрдытым будэ
На соби плаття зашивать або пуговку прышивать — розуму лышаться
Дзеркало розбыть — худу быть
У правому вухи дзвэныть — до добрих вэстий, у ливому — до худих
Силь за столом россыпалы — до свары
Якшо чоловик икае — хтось про його сгадуе.
Родная хата
Отрывок из повести
— Ну и шож ты робыв в чужедальних сторонах, сынку, шо ж ты тамычко бачив?
— Працював, як проклятый, добував харчи соби и коню, алэ бувало и йив разну йижу, якои и зроду нэ куштував. Груды мняса, рыбы тай птыци, хрухты, овочи, и мымрыкы солодки, и вытрэбэныкы солони. А бачив, диду, дуже багато нового и незвычайного. И дворци, и дома высочезни, и людэй с чуднымы лыцями, и худобу, якой у нас зроду нэ водылось. Тилькэ снылыся мини наши хаткы та степ наша, як вышня цвитэ з яблунькою у вэсну. Як ричка журчить, як пивни зорюют, як квочка квохче та курчат гукае, як ластивкы в конюшнях гниздечки вьють.
— А чи е, паря, дивчата чи яки жинкы красыви на чужбыни?
— Чипурных дивчат там багато,и лащуться воны, як собакы або кишкы, и щебэчуть, як птычки, алэ гарнише наших дивчаток та жиночок козацьких я в свити никого не бачив.
— А яки писни спивають там люды?
— И таньцюють, и спивають, диду, писни разни, та таки, що голова кругом идэ… Алэ мини липше слухаты, як у вэчери по над Сосыкою гармоня пыля та дивчатка хором писни выводять. А таньцювать так «гопака» та «наурську» с «шамилём», як у нас, там зроду ныхто нэ зумие.
— А шо воны на зэмли своей садовлять, и чи ростэ там картопля, капустына, або пшэныця, як у нас?
— Ростэ, диду. Но тилькэ нэ копають воны крыныць-копанок на своих городах, та и витэр ны так грае по тией пшэныци. Ны таки дощи йдуть, як над нашимы лугамы, ны така радуга встае на ихнему нэби.
— А чи люблять воны, сынку, ти люды, дидив та прадидив своих, чи чтуть их мудристь та славу?
— Чтуть и дидив, и прадидив, тилькэ нэ садовлять воны калыну в голови батькив своих на могылах, нэ ходять воны, як мы, на провода до своих вмэрших родычей и нэ палють в цэрквах свичкы упокойни Нэ бьють в колокола на Вэлыкдэнь и Рожэство. А мудриш нащих пращурив-козакив ныкого нэмае. А славы, бильшои, чим наша козацька, нидэ ни було и зроду нэ будэ.
— Так и е, сынку… Мицна будэ й саламата, колы вона з ридной хаты.
Андрей Лях
Присказки
На звон колокольчика:
Колокольчик дзынь-дзынь-дай!
Гарну писню заспивай!
Ты мэнэ охраняй,
Благи висти посылай!
В день рождения:
Ангол мого нарождения,
Даруй свое благословение,
От всякой биды избави,
На путь благий направи!
Словарик балачки
Аглаед — нахлебник, бездельник
Цацка — игрушка
Ероплан — самолёт
Зенки — очи
Куль — пучок
Важко — тяжело
Каганэц — свечка
Цыгейка — теплушка
Поварька — половник
Жмэня — ладошка
Цэй — этот
Ось — вот
Кубанские народные песни на протяжении многих лет передавались от поколения к поколению, но, к сожалению, сегодня и из людей старшего возраста мало кто может их вспомнить. Всё чаще слышим мы подобные в выступлениях коллективов художественной самодеятельности. Не являются исключением в этом и каневчане. И только иногда «проскользнёт» из чьего-нибудь сельского двора: «Ой, чий то кинь стоить, та й сыва грывонька…». А мы сегодня вспомним слова песни:
Ой, дивчина, шумыть гай…
Ой, дивчина, шумыть гай,
Кого любишь – забувай, забувай.
Ой, дивчина, шумыть гай,
Кого любишь – забувай, забувай.
Ой, дивчина, сэрцэ мое,
Пидышъ замиж за мэнэ, за мэнэ?
Ой, дивчина, сэрцэ мое,
Пидышъ замиж за мэнэ, за мэнэ?
Нэ пиду я за тэбэ:
Нэма хаты у тэбэ, у тэбэ.
Нэ пиду я за тэбэ:
Нэма хаты у тэбе, у тэбэ.
Пидышъ, сэрцэ, в чужую,
Покы свою сбудую, сбудую.
Пидышъ, сэрцэ, в чужую,
Покы свою сбудую, сбудую.
Чужая хата такая,
Як свыкруха лыхая, лыхая,
Чужая хата такая,
Як свыкруха лыхая, лыхая.
Хочъ нэ лае, та бурчитъ,
А еже ж вона нэ мовчитъ, нэ мовчитъ.
Хочъ нэ лае, та бурчитъ,
А еже ж вона нэ мовчитъ, нэ мовчитъ.
Ой, дивчина, шумыть гай,
Кого любышь – забувай, забувай.
Ой, дивчина, шумыть гай,
Кого любышь – забувай, забувай.
Кулэш з шкварками
Кубаньска кухня — одна з найлуччих у свити. Тикы натуральни свижи продукты, вэлыки порцыйи, пивдэннэ сонцэ та традиции. Мы ны йимо сыру рыбу з рысом, як японци, ны лопаем гамбургеры (бутэрброды- полуфабрыкаты), як янкы, оставляемо жабунят хвранцузам. Борщ – едина справа у свити, яка на другый дэнь будэ ще лучче.
Лаваш, плов, шашлык, варэныкы с разною начинкою, галушкы, шулюм, мидии, нутрии, сыр, брынза, багато разной зэлэни – цэ всэ також кубаньска кухня. Ось попробуйте сварыть сытный кубаньский кулэш.
Склад:
7,5 литру наваристого бульйону, 1 склянка пшона, 3 картоплыны, 0,5 цыбулыны, 100 грамив сала, силь, чорный мэлэный пэрэць; свижа зэлэнь.
Готовка:
3 готового бульйону достаем и наризаем мнясо. Кладэм пшоно в кыплячий бульйон. Варым 20 мынут. Цыбулю наризаем пивкильцямы, сало – скыбочкамы. Жарым на сковороди. Картоплю рижым кубыкамы, додаем в пшоно и варым до готовности. За пьять мынут до готовности додаем шкваркы з луком. Солым, пэрчим. Розкладаем по тарилках и звэрху кладэм мнясо и зэлэнь.
До сих пор на кубанских просторах есть немало авторов, хорошо знакомых с балачкой, и пишущих на ней. И каневчане – не исключение. Каневские авторы и подарили вам этот карнавал слов.
Источник:
Каневские зори. — 2025. — 9 октября. — С. 14. — Текст: непосредственный.
Добавить комментарий